Одинокое кафе
Александр Ляйс
Душа грустит, опять дождливый вечер.
Темнеет. Одинокое кафе.
Сегодня никого уже не встречу.
Я здесь один. Немного подшофе.
И не уйти из призрачного плена,
Да и зачем? Он сам растает днём.
Я снова слышу голос Джо Дассена
И снова вижу сказку за окном.
Бегущие зонты и сигареты,
Размытые водою миражи…
В подобные моменты, вот как этот,
Душа своё заводит ностальжи.
И темнота и лужи по колено,
По тротуарам дождь идёт шурша…
Ещё разок поставьте Джо Дассена,
И пусть темно, и пусть грустит душа.
В ресторане
Алексей Бельмасов
Танцует дым в роскошном баре,
К открытию ли дня, к концу ли,
Танцует дым, как будто барин,
Наевшийся вина,
танцует.
Бокалы на столах пикантны,
Оркестр наяривает пылко,
Вальсируют официанты
Услужливо
вокруг затылков.
Мужчины в баре - каждый щеголь!
На каждом - бронза командора!
На дамах -
розовые щеки
Пылают,
словно,
помидоры.
Ножи,
кастрюли,
вилки,
ложки,
Цветы,
бифштексы,
сигареты
Передвигаются на ножках
Под притяжением планеты.
И среди них,
как будто, барин,
Наевшийся вина и хлеба,
Танцует дым в роскошном баре
Перед дорогою
на небо.
Охотничий ресторан
Борис Хаит
Мы одни в ресторане, тихо музыка льётся,
На подносах крольчатина, жидкие гуси,
Это всё замечательно, в правильном вкусе,
И, конечно, вода из лесного колодца.
Нет сегодня гостей, в одиночку буквально,
Я и сам не пойму, отчего же такое.
В раскалённом горшке вкусно пахнет жаркое,
Поднимая пары высоко вертикально.
Мы один на один никогда не встречались,
Говорили о жизни, немного о деле,
И горячее мы с удовольствием ели,
Насыщаясь продуктом, не только речами.
В тишине выходных иногда так и надо,
Убежав от недельных дневных философий,
Попивать фантастически чёрное кофе
И вино африканских сортов винограда.
Раствориться в мечтах, где цветы полевые,
Незаметно шутить, без обиды на толику,
И сидеть в уголке за придвинутым столиком,
И смотреть друг на друга, как будто впервые.
Александр Ляйс
Душа грустит, опять дождливый вечер.
Темнеет. Одинокое кафе.
Сегодня никого уже не встречу.
Я здесь один. Немного подшофе.
И не уйти из призрачного плена,
Да и зачем? Он сам растает днём.
Я снова слышу голос Джо Дассена
И снова вижу сказку за окном.
Бегущие зонты и сигареты,
Размытые водою миражи…
В подобные моменты, вот как этот,
Душа своё заводит ностальжи.
И темнота и лужи по колено,
По тротуарам дождь идёт шурша…
Ещё разок поставьте Джо Дассена,
И пусть темно, и пусть грустит душа.
В ресторане
Алексей Бельмасов
Танцует дым в роскошном баре,
К открытию ли дня, к концу ли,
Танцует дым, как будто барин,
Наевшийся вина,
танцует.
Бокалы на столах пикантны,
Оркестр наяривает пылко,
Вальсируют официанты
Услужливо
вокруг затылков.
Мужчины в баре - каждый щеголь!
На каждом - бронза командора!
На дамах -
розовые щеки
Пылают,
словно,
помидоры.
Ножи,
кастрюли,
вилки,
ложки,
Цветы,
бифштексы,
сигареты
Передвигаются на ножках
Под притяжением планеты.
И среди них,
как будто, барин,
Наевшийся вина и хлеба,
Танцует дым в роскошном баре
Перед дорогою
на небо.
Охотничий ресторан
Борис Хаит
Мы одни в ресторане, тихо музыка льётся,
На подносах крольчатина, жидкие гуси,
Это всё замечательно, в правильном вкусе,
И, конечно, вода из лесного колодца.
Нет сегодня гостей, в одиночку буквально,
Я и сам не пойму, отчего же такое.
В раскалённом горшке вкусно пахнет жаркое,
Поднимая пары высоко вертикально.
Мы один на один никогда не встречались,
Говорили о жизни, немного о деле,
И горячее мы с удовольствием ели,
Насыщаясь продуктом, не только речами.
В тишине выходных иногда так и надо,
Убежав от недельных дневных философий,
Попивать фантастически чёрное кофе
И вино африканских сортов винограда.
Раствориться в мечтах, где цветы полевые,
Незаметно шутить, без обиды на толику,
И сидеть в уголке за придвинутым столиком,
И смотреть друг на друга, как будто впервые.
Валерий Старз
Вечер пятницы, в бар "Караоке"
Всю неделю мечтали пойти.
Взгляд подруги то нежный, то строгий.
Больше душам не быть взаперти.
Полетят по таинственным нотам
В неизвестную клубную тьму.
Скажем "нет" всем делам и заботам,
Не расскажем потом никому
То, о чём будем петь целый вечер
По подсказкам экранной строки.
Наш дуэт высшим баллом отмечен
Всё же будет всему вопреки.
И не надо жалеть и смущаться,
Если в песне случается сбой.
Караоке, ночь, пятница, счастье!
Пой душа о любви нашей, пой!
Провинциальный ресторан...
Вечер пятницы, в бар "Караоке"
Всю неделю мечтали пойти.
Взгляд подруги то нежный, то строгий.
Больше душам не быть взаперти.
Полетят по таинственным нотам
В неизвестную клубную тьму.
Скажем "нет" всем делам и заботам,
Не расскажем потом никому
То, о чём будем петь целый вечер
По подсказкам экранной строки.
Наш дуэт высшим баллом отмечен
Всё же будет всему вопреки.
И не надо жалеть и смущаться,
Если в песне случается сбой.
Караоке, ночь, пятница, счастье!
Пой душа о любви нашей, пой!
Провинциальный ресторан...
Вера Аксенова-Соснина
Провинциальный ресторан.
Знакомый вальс на фортепьяно.
Седой гусар, немного пьяный.
И вкусных запахов дурман.
Она напротив, у окна.
В старинной шляпке, под вуалью,
С накинутой на плечи шалью,
Недостижимо-холодна.
Гусар с неё не сводит глаз.
А рядом юные кокетки-
Блондинки. Смотрят на брюнетку,
Как будто видят в первый раз.
На улице уже темно.
И в чашке кофе остывает.
Она ж, про кофе забывая,
Глядит в замёрзшее окно.
Что видит - неизвестно нам...
Седой гусар встаёт, подходит.
Садится. Разговор заводит.
О чём? Известно Небесам.
Он шутит, воодушевлён
Большими карими глазами.
Как будто бы сдаёт экзамен.
Как будто в первый раз влюблён...
Две одинокие души
Здесь повстречались не напрасно.
Их встреча так была прекрасна!
И так улыбки хороши!
Что будет - не дано нам знать.
Но даже если этот вечер
Был их единственною встречей,
До смерти будут вспоминать
И ресторан, и тихий вальс,
Что лишь для них звучал весь вечер,
И нежность рук, и эту встречу,
Что так важна для них сейчас...
Гусар? И что, что не гусар?
Ну, капитан. Такой отважный!
И пусть кораблик был бумажный,
Для них он словно Божий дар...
Шеф повар
Замыслов Владимир
Грибы с морковкой, перец, кукуруза,
Дают неистовому вкусу красоту.
Творенье повара, из овощного блюза,
Сулит гурманам сладкую мечту.
Филе под кляром, соус с ананасом,
Бокал вина, или томатный сок.
Болгарский перец, запечённый с мясом,
Для вкуса вашего преподнесёт урок.
Ваш аппетит в блаженном аромате,
Смог утолить Шеф повар, как каприз.
Из спелых, красных зёрнышек в гранате,
Усеян будет нежный торт- «СЮРПРИЗ»
Так каждый день, стараясь и потея,
Салат нарезав, иль готовя плов.
Всех накормить, перечить, им не смея,
Шеф-повар голод утолить готов…
Ресторан
Ира Николаева
Играет танго, льются вина,
шумит шутя морской прибой,
он нагоняет пену, тину,
рассыпав гальку в разнобой.
У ресторана топот ножек,
красивый вечер, свет огней,
а девушки все как пригожи,
и кавалеры- ей-же-ей.
Волшебной музыки мотивы,
танцуют пары под аккорд,
поют на сцене девы-дивы,
и дует с моря ветер Норд.
Сверкают платья, туфли, шляпки,
пленителен тот вечер- что ж-
лишь дома- кухня, муж и тапки,
а здесь любви большой кутеж.
Меню для Антошки
Ирина Зуенкова
Меню для детского кафе «Антошка»
Может это и не скромно,
Может детям и во вред:
Предлагаю торт огромный,
Больше, чем велосипед!
Пусть оранжевое солнце
Украшает этот торт,
Шоколадный дом, оконца
Довершают натюрморт.
Ой, забыла! Возле дома
Будет пусть зелёный луг,
А на нём из крема гномы
Соберутся в тесный круг.
Угостим мы этим тортом
Малышню планеты всей!
Я одно лишь знаю твёрдо:
Нет забот для нас важней!
В кафе
Качурин Валерий
Два человека в этом мире,
Где всё - полубезумный бред,
Как будто встретились в эфире,
Вдруг приподнялись и поплыли
Туда, где нас с тобою нет.
Они вдвоём, смеются губы,
И улыбаются глаза,
Звучат невидимые трубы,
И мир, что мутным был и грубым,
Вдруг стал прозрачен как слеза.
А за столами постояльцы
Вели свой тусклый разговор,
Со столиков кривого зальца
Уборщицы худые пальцы
Салфеткой вытирали сор.
Горели лампочки-лампадки,
Коньяк светился янтарём,
И мир свою ослабил хватку,
А я на тех двоих украдкой
Смотрел и думал о своём.
Ресторан
Людмила Гефнер Кинцель
(акростих)
Рюмки, бокалы блестят на столе,
Еле мерцают горящие свечи,
Сервис - обслуга на высоте,
ТОсты звучат и красивые речи.
Официант вам улыбкой польстит,
Разные блюда... десерт предлагая.
А под рояль песня нежно звучит,
Напевно на танец гостей приглашая.
В кафе Мороженое
Людмила Фирсова-Сапронова
Не хочу я на обед
Суп, котлету, винегрет.
Я хочу в жару такую
Чашку крем-брюле - большую!
Мы с сестрой в кафе идём...
За столом мы сидим вдвоём,
И у нас пломбир с вареньем,
С шоколадом - объеденье!
И с клубникой! А потом
Мы коктейль молочный пьём...
Ни за что не заболеем, -
Мы мороженое греем.
Греем взглядами его.
Тает медленно оно.
Друг на друга мы глядим,
Ложкой крем-брюле едим.
Заглянуло в чашку солнце,
Там пломбир уже на донце.
- Солнце, угощайся, вот!
Охлади себе живот.
В китайском...
Мария Синичка
Что же будет завтра,
интересно,
что через неделю,
неизвестно,
а сегодня - это
знаю точно
была в ресторане
я восточном.
Если поточнее,
то в китайском,
будто в уголке
побыла райском.
Подавали мне
за блюдом блюдо,
верх кулинарии
это чудо.
Тут тебе и в кляре
курьи ножки в
кисло-сладком
соусе немножко,
а потом говяжая
грудинка с жареною
острою перчинкой,
после баклажаны
в карамели,
мы такого никогда
не ели.
Был конечно суп
из черепашки,
очень жалко
малую бедняжку.
Вобщем выбор
очень всесторонний,
не было в меню
лишь скорпионов.
Только не по нам
все явства эти,
лучше драников
нет ничего на свете,
или в лето жаркое
окрошка и до
хруста жарена
картошка.
Жаль они ударят
по фигуре, но
и силы придадут
натуре.
Пусть едят
китайцы
скорпионов, змей,
ведь у них фигуры
помельчей!
Девушка в ресторане
Провинциальный ресторан.
Знакомый вальс на фортепьяно.
Седой гусар, немного пьяный.
И вкусных запахов дурман.
Она напротив, у окна.
В старинной шляпке, под вуалью,
С накинутой на плечи шалью,
Недостижимо-холодна.
Гусар с неё не сводит глаз.
А рядом юные кокетки-
Блондинки. Смотрят на брюнетку,
Как будто видят в первый раз.
На улице уже темно.
И в чашке кофе остывает.
Она ж, про кофе забывая,
Глядит в замёрзшее окно.
Что видит - неизвестно нам...
Седой гусар встаёт, подходит.
Садится. Разговор заводит.
О чём? Известно Небесам.
Он шутит, воодушевлён
Большими карими глазами.
Как будто бы сдаёт экзамен.
Как будто в первый раз влюблён...
Две одинокие души
Здесь повстречались не напрасно.
Их встреча так была прекрасна!
И так улыбки хороши!
Что будет - не дано нам знать.
Но даже если этот вечер
Был их единственною встречей,
До смерти будут вспоминать
И ресторан, и тихий вальс,
Что лишь для них звучал весь вечер,
И нежность рук, и эту встречу,
Что так важна для них сейчас...
Гусар? И что, что не гусар?
Ну, капитан. Такой отважный!
И пусть кораблик был бумажный,
Для них он словно Божий дар...
Шеф повар
Замыслов Владимир
Грибы с морковкой, перец, кукуруза,
Дают неистовому вкусу красоту.
Творенье повара, из овощного блюза,
Сулит гурманам сладкую мечту.
Филе под кляром, соус с ананасом,
Бокал вина, или томатный сок.
Болгарский перец, запечённый с мясом,
Для вкуса вашего преподнесёт урок.
Ваш аппетит в блаженном аромате,
Смог утолить Шеф повар, как каприз.
Из спелых, красных зёрнышек в гранате,
Усеян будет нежный торт- «СЮРПРИЗ»
Так каждый день, стараясь и потея,
Салат нарезав, иль готовя плов.
Всех накормить, перечить, им не смея,
Шеф-повар голод утолить готов…
Ресторан
Ира Николаева
Играет танго, льются вина,
шумит шутя морской прибой,
он нагоняет пену, тину,
рассыпав гальку в разнобой.
У ресторана топот ножек,
красивый вечер, свет огней,
а девушки все как пригожи,
и кавалеры- ей-же-ей.
Волшебной музыки мотивы,
танцуют пары под аккорд,
поют на сцене девы-дивы,
и дует с моря ветер Норд.
Сверкают платья, туфли, шляпки,
пленителен тот вечер- что ж-
лишь дома- кухня, муж и тапки,
а здесь любви большой кутеж.
Меню для Антошки
Ирина Зуенкова
Меню для детского кафе «Антошка»
Может это и не скромно,
Может детям и во вред:
Предлагаю торт огромный,
Больше, чем велосипед!
Пусть оранжевое солнце
Украшает этот торт,
Шоколадный дом, оконца
Довершают натюрморт.
Ой, забыла! Возле дома
Будет пусть зелёный луг,
А на нём из крема гномы
Соберутся в тесный круг.
Угостим мы этим тортом
Малышню планеты всей!
Я одно лишь знаю твёрдо:
Нет забот для нас важней!
В кафе
Качурин Валерий
Два человека в этом мире,
Где всё - полубезумный бред,
Как будто встретились в эфире,
Вдруг приподнялись и поплыли
Туда, где нас с тобою нет.
Они вдвоём, смеются губы,
И улыбаются глаза,
Звучат невидимые трубы,
И мир, что мутным был и грубым,
Вдруг стал прозрачен как слеза.
А за столами постояльцы
Вели свой тусклый разговор,
Со столиков кривого зальца
Уборщицы худые пальцы
Салфеткой вытирали сор.
Горели лампочки-лампадки,
Коньяк светился янтарём,
И мир свою ослабил хватку,
А я на тех двоих украдкой
Смотрел и думал о своём.
Ресторан
Людмила Гефнер Кинцель
(акростих)
Рюмки, бокалы блестят на столе,
Еле мерцают горящие свечи,
Сервис - обслуга на высоте,
ТОсты звучат и красивые речи.
Официант вам улыбкой польстит,
Разные блюда... десерт предлагая.
А под рояль песня нежно звучит,
Напевно на танец гостей приглашая.
В кафе Мороженое
Людмила Фирсова-Сапронова
Не хочу я на обед
Суп, котлету, винегрет.
Я хочу в жару такую
Чашку крем-брюле - большую!
Мы с сестрой в кафе идём...
За столом мы сидим вдвоём,
И у нас пломбир с вареньем,
С шоколадом - объеденье!
И с клубникой! А потом
Мы коктейль молочный пьём...
Ни за что не заболеем, -
Мы мороженое греем.
Греем взглядами его.
Тает медленно оно.
Друг на друга мы глядим,
Ложкой крем-брюле едим.
Заглянуло в чашку солнце,
Там пломбир уже на донце.
- Солнце, угощайся, вот!
Охлади себе живот.
В китайском...
Мария Синичка
Что же будет завтра,
интересно,
что через неделю,
неизвестно,
а сегодня - это
знаю точно
была в ресторане
я восточном.
Если поточнее,
то в китайском,
будто в уголке
побыла райском.
Подавали мне
за блюдом блюдо,
верх кулинарии
это чудо.
Тут тебе и в кляре
курьи ножки в
кисло-сладком
соусе немножко,
а потом говяжая
грудинка с жареною
острою перчинкой,
после баклажаны
в карамели,
мы такого никогда
не ели.
Был конечно суп
из черепашки,
очень жалко
малую бедняжку.
Вобщем выбор
очень всесторонний,
не было в меню
лишь скорпионов.
Только не по нам
все явства эти,
лучше драников
нет ничего на свете,
или в лето жаркое
окрошка и до
хруста жарена
картошка.
Жаль они ударят
по фигуре, но
и силы придадут
натуре.
Пусть едят
китайцы
скорпионов, змей,
ведь у них фигуры
помельчей!
Девушка в ресторане
Надежда Сборнова
Греховный пир чревоугодья,
Услужливой диеты ложь.
Разлив нарзана-половодье
Остудит чувственную дрожь.
Надменный взор передо мною
И хруст салфетных пирамид.
Согрею благостной волною
Сплав мельхиора,что хладит.
Вдыхаю сладкий аромат
От гиацинтов в связке бус,
Но не они меня пьянят,
А жизни трепетной искус.
Уютная кофейня на Большой
Нина Онищенко
Уютная кофейня на Большой,
Любимый столик возле самого окошка.
Мне здесь бывает так покойно, хорошо,
Я даже счастлива бываю здесь немножко.
Приду усталой и продрогшей, как обычно,
Потом согреюсь, расцвету и стану - феей,
Которой по-волшебному привычно
Сидеть одной за столиком в кофейне.
Вокруг журчат негромко разговоры,
Витает запах кофе и корицы,
Мороз рисует на окне узоры...
Я счастье собираю... по крупицам...
В ресторане
Светлана Митюкова
В зале модного ресторана
Ужин. Столик на два лица,
Пара ломтиков пармезана,
На тарелке тар-тар из тунца.
С хреном сало, немного салями,
Под лимоном лоснится лосось,
Остромордый осётр с огурцами,
Пряных груздей приличная горсть,
Соус карри к каре из ягнёнка,
Запечённый в судочке судак,
С гречкой порция поросёнка
Фаршированного. Форшмак...
Сомелье без сомненья поможет
Сделать выбор, вино заказать,
Подешевле? Нет, нет, - подороже!
Что вы, сударь! Гулять так гулять!
Кафе
Уютное кафе… Вечерний полумрак
Накрыл столы таинственной вуалью.
И мальчик-паж, моей печали в такт,
Зажёг свечу в мерцающем бокале.
Здесь всё, как встарь, на маленьком столе
Дымится кофе, сваренный отменно,
И брют-шампанское в холодном хрустале
Со льдом поспорив, пенится надменно.
Здесь плачут скрипки, с ними в унисон,
Дразня любовь несбывшейся мечтою,
Со дна души исторгнув нежный стон,
Поёт гитара звонкою струною.
Среди забот и мыслей о былом -
Ночей и дней тупая бесконечность.
В пустом кафе, за маленьким столом
Я пью вино, роняя слёзы в вечность.
В суши-баре
Татьяна Мирчук
Бамбарбия кергуду
Васаби и сою
Добавим в саке,
Закусим тэнсином -
Пока налегке.
Суп из креветок,
Ролы с угрём,
Суши, нигири.
Сашали потом
Моти из риса -
Почти колобок,
Гёрдза - пельмешки,
А ман - пирожок.
Снова саке,
Овощное ясай,
С ним якитори
В живот полезай!
Что значит «хватит»?
То был разогрев!
Ещё норимаки,
Тяхан и саке.
А ну-ка, кампай!
Так по русски - до дна.
Гляди, гуинами
По новой полна.
Теперь кусияки,
Имони, удон,
Тофу, сукияки,
Гохан, кацудон.
Пол-литра саке...
Только просит душа
Солёный огурчик
Да миску борща!
Греховный пир чревоугодья,
Услужливой диеты ложь.
Разлив нарзана-половодье
Остудит чувственную дрожь.
Надменный взор передо мною
И хруст салфетных пирамид.
Согрею благостной волною
Сплав мельхиора,что хладит.
Вдыхаю сладкий аромат
От гиацинтов в связке бус,
Но не они меня пьянят,
А жизни трепетной искус.
Уютная кофейня на Большой
Нина Онищенко
Уютная кофейня на Большой,
Любимый столик возле самого окошка.
Мне здесь бывает так покойно, хорошо,
Я даже счастлива бываю здесь немножко.
Приду усталой и продрогшей, как обычно,
Потом согреюсь, расцвету и стану - феей,
Которой по-волшебному привычно
Сидеть одной за столиком в кофейне.
Вокруг журчат негромко разговоры,
Витает запах кофе и корицы,
Мороз рисует на окне узоры...
Я счастье собираю... по крупицам...
В ресторане
Светлана Митюкова
В зале модного ресторана
Ужин. Столик на два лица,
Пара ломтиков пармезана,
На тарелке тар-тар из тунца.
С хреном сало, немного салями,
Под лимоном лоснится лосось,
Остромордый осётр с огурцами,
Пряных груздей приличная горсть,
Соус карри к каре из ягнёнка,
Запечённый в судочке судак,
С гречкой порция поросёнка
Фаршированного. Форшмак...
Сомелье без сомненья поможет
Сделать выбор, вино заказать,
Подешевле? Нет, нет, - подороже!
Что вы, сударь! Гулять так гулять!
Кафе
Святослав Моисеенко
Уютное кафе… Вечерний полумрак
Накрыл столы таинственной вуалью.
И мальчик-паж, моей печали в такт,
Зажёг свечу в мерцающем бокале.
Здесь всё, как встарь, на маленьком столе
Дымится кофе, сваренный отменно,
И брют-шампанское в холодном хрустале
Со льдом поспорив, пенится надменно.
Здесь плачут скрипки, с ними в унисон,
Дразня любовь несбывшейся мечтою,
Со дна души исторгнув нежный стон,
Поёт гитара звонкою струною.
Среди забот и мыслей о былом -
Ночей и дней тупая бесконечность.
В пустом кафе, за маленьким столом
Я пью вино, роняя слёзы в вечность.
В суши-баре
Татьяна Мирчук
Бамбарбия кергуду
Васаби и сою
Добавим в саке,
Закусим тэнсином -
Пока налегке.
Суп из креветок,
Ролы с угрём,
Суши, нигири.
Сашали потом
Моти из риса -
Почти колобок,
Гёрдза - пельмешки,
А ман - пирожок.
Снова саке,
Овощное ясай,
С ним якитори
В живот полезай!
Что значит «хватит»?
То был разогрев!
Ещё норимаки,
Тяхан и саке.
А ну-ка, кампай!
Так по русски - до дна.
Гляди, гуинами
По новой полна.
Теперь кусияки,
Имони, удон,
Тофу, сукияки,
Гохан, кацудон.
Пол-литра саке...
Только просит душа
Солёный огурчик
Да миску борща!
