Общее·количество·просмотров·страницы

Показаны сообщения с ярлыком археология. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком археология. Показать все сообщения

30 августа 2021 г.

Археолог *

Мой друг археолог

Svar

Мой друг археолог подтянут и строг.
Он твёрд, как алмаз, и сыпуч, как песок.
Он держит историю в грубых руках,
И тысячи лет для него- просто прах.

Он видит в костях - героический лик.
Заброшенный храм для него- как триптих.
Он как Шерлок Холмс, на стене пирамид
С терпением Бога вникает в гранит.

Мой друг археолог - великий творец.
Он знает начала, предвидя конец.
Он- воин, но вместо меча держит кисть.
И в прошлом витает грядущая жизнь.

Мой друг археолог- бесстрашен и смел.
Он даже в горах не приемлет предел.
На склонах Тибета, и в джунглях Перу -
Он чертит в тетради... "зачем", "почему".

Он сущий ребёнок в обычной среде,
Но в древних руинах- как рыба в воде.
Мой друг археолог - учёный - фанат,
Но каждой с ним встрече я искренне рад.

Он мне рассказал про Китай и Непал,
Про древние битвы, и путь среди скал.
Мой друг археолог - для многих - чудак,
Ведь он верит в честь в погребённых мирах.

Археолог

Алексей Карамышев

Путь сквозь время очень долог -
Он копается в веках.
Знает дядя Археолог
Все о старых черепках.

Раскопает древний город,
Может, даже клад найдет.
Доски древнего забора,
Из раскопок принесет.

Чей же все-таки забор
Ограждал когда-то двор?
Может, наш, а, может, римский?...
Древнегреческий забор!

Археологам

Дмитрий Углев

Кто миру открывает тайны,
От глаз сокрытые землёй?
Цивилизации расцвет был короток, иль долог?
Расскажет нам об этом человек простой,
Специалист с названием - археолог!

Спасибо Вам, за ваш нелёгкий труд!
Для изучения жизни нет труда полезнее!
Лишь вам свои секреты недра отдадут.
Благодаря Вам мир стал интересней!

Археолог

Игнатова Анна

(мама работает)

Ищет мама-археолог
Целый день один осколок.
Я разбил для мамы вазу:
Вон осколков сколько сразу!

Археолог

Игорь Ильх

Он ведёт раскопки:
В поле и на сопке;
И в пустыне южной,
И в Сибири вьюжной.
И во всех частях страны
Он предметы старины
Ищет для музеев,
Чтобы ротозеи
Заглянули в глубину -
Как мы жили в старину.

День археолога

Максим Дукаревич

Археология - инспекция пластов былых времён.
Умы пытливые обязаны любить историю.
Любой найдёныш-артефакт, как аргумент силён,
И прошлое не миф отнюдь - не бутафория.

Археологам

Мерзолетта Терзальская

В лабиринтах тяжких мыслей
тьма наш каждый шаг бинтует,
тенью мумий многих смыслов
страх сомнения шлифует...

Выходя по нити света,
страха тупики минуя,
снова солнце, ветер, лето
пережитое штрихуют.

Археолога труд страшен!
прикасаясь к дням прошедшим,
оставаться бесшабашным
трудно, не стать сумасшедшим!

Прошлое - как тяжкий камень,
хоть людей и незнакомых,
тайна вглубь колодца манит,
и в спираль времен уводит.

И кричат о чем-то души,
трудно разобрать слова их,
их внимательно послушай,
обретешь иной словарик.

Обретешь иное зренье,
сконцентрировав печали,
свежих ветров дуновенье
смоет звуки до молчанья.

Город найден был старинный,
и две пары древних мумий
и кувшины, и корзины,
атрибуты быта, сумки.

Возраста -тысячелетья,
Только люди жили -были,
и поет кувшин о лете,
днях, когда они любили.

Археологом быть трудно,
благородный труд опасный,
путь к находке - это будни,
ключ к историям и сказкам.

...В лабиринтах наших мыслей
следом тьма наш шаг бинтует,
сердцевины многих смыслов
тени прошлого шлифуют.

Археолог

Мечеслав Ратов

Слой за слоем - тьма веков
Тайны и знаменья
Камень к камню - сказ снегов
Горечь пораженья

Скрыто всё от глаз людских
Новых поколений
Кличи всадников лихих
Вздох Волхва последний

Как ткачиха вновь сплетаешь
Ты историю земли
Археолог, ты ведь знаешь
Тайны матушки Руси

Стражи Мёртвых пропускают
В царство пыли и теней
Пусть потомки твёрдо знают
Что есть Русь, что было с ней

По пылинкам собираешь
Образ сгинувших Князей
На бумаге ты выводишь
Профиль сгинувших людей

Ты один хозяин тлена
Свитки, кости и земля
Ты как память для народа
Расстреляли что царя

И врываясь глубже в землю
Отрешившись от людей
Сквозь насмешки и сомненья
Веришь в истинность идей

Что проснётся в людях память
Уважение к себе
И взовьётся к небу пламень
Тот, что топим мы в вине

Пламень самоуваженья
Вспыхнет гордость, вновь в груди
И тогда, да из забвенья
Род вернётся и сыны

Слово Русь вновь засияет
И поля начнут родить
Север фениксом восстанет
Грянет Хор - Земле сей , быть !

Но пока тому не время
Лишь бы память сохранить
И несёшь ты свое бремя
Год и Век ты вяжешь в нить…

Археология

Михаил Этельзон

Копаем землю и находим:
народы, царства, племена;
мы подбираем имя, год им
и переводим письмена.

Мы открываем слой за слоем,
от новых знаний очумев,
и оживают под золою
Эллада, Скифия, Шумер…

Мы их внесём в свои анналы,
но им в одном не повезло:
погибнув, так и не узнали,
кто жил потом векам назло.

Археолог

Надежда Кургановская

В руке моей
Лопата,
Не стойте на пути!
Подземный ход я
С кладом
Попробую найти!

Я землекоп
Бывалый,
И археолог я.
Я кости динозавра
Найду,
Чуть погодя.

Подземный ход
Пророю,
И клад я отыщу;
И кости
Динозавра
Я маме притащу!

А мама
Просто ахнет!
И на руки
Возьмёт:
Вот это археолог!
Вот это землекоп!

Археолог

Ольга Бондаренко Автономова

Очень хочется узнать,
Как же раньше жили люди.
Нужно только раскопать -
Украшения, посуду.
И учёные ведут
В разных местностях раскопки.
И приносит этот труд
Интересные находки.
Под песками может быть
Даже целый древний город.
Тайны может приоткрыть
Только лучший археолог.

Археолог

Ольга Матвеева 5

Древности, ценности - очень волнительно!
Ищет их вам человек удивительный.
Все! Решено окончательно! Что же,
Я археологом стану, похоже.
Правда, в дорогу рюкзак чтоб собрать,
В детской мне стоит раскопки начать…

Археология

Ольга Швыкина

Среди развалин древних городов
И всяких невозможных артефактов
Ты к подвигам как никогда готов
И музыки напишешь пару тактов.

Прочесть пытаясь чьи-то письмена,
Написанные странной древней вязью,
Я понимаю, что теперь должна
Сама следить за этой нашей связью.

Не вытащить из мыслей глубины
Таинственные древние находки.
И что же мы теперь кому должны,
Не разобраться без стакана водки.

Залитый воском древний саркофаг
Хранит в себе сокровища вселенной.
И нервы от волнения в натяг:
Там тайны мирозданья, непременно!

Но в саркофаге утварь и еда,
И ни одной, хоть маленькой скрижали.
И понимаешь ты: беда-беда...
Опять до тайны мы не добежали...

Археолог

Сергей Снегов

Копай археолог, копай-
Усердный служитель науки.
Копай и везде успевай
Как в Индии Бог многорукий*.

Старайся,находки твои
Истории тайны раскроют.
С трудом достаются они, -
Свидетельства дорого стоят.

Но быстро меняется Мир,
А ложь новых сил набирает.
И голос, сменивший мундир,
Такие слова повторяет:

"Копай, археолог,копай,
Науки наивный старатель**,
Сквозь сито песок просевай.
"Простак,бескорыстный искатель.

Ты думаешь правду найдёшь?
Скорей ты её потеряешь.
Ты сам эту правду крадёшь
Находок потомков лишаешь.

Сегодня не те времена:
Историки лгут,сочиняют,
А найденные письмена,
Уже ничего не меняют.

А где артефакты твои?
Исчезли!? Украли? Продали?
В музей не попали они,
В коллекциях частных сверкали!

*Бог многорукий - Шива
**Старатель - рабочий, занимающийся кустарной добычей золота.

26 июля 2014 г.

Помпеи *

Последний день Помпеи

Валентин Клементьев

Город жил в своем покое у подножия горы,
И в привычной колыбели был далек от силы тьмы.

Ничего не предвещало в миг устройство изменить,
Смертоносным пеплом, сразу, весь Помпеи охватить.

Грозный Марс нарушил клятву, запустил в расход стрелу,
И обрушил людям кару в испепеляющем аду.

Солнце скрылось в одночасье, содрогнулась в стук земля,
Преисподняя проснулась - зевом смертного огня.

Затянуло небо тучей, страх почувствовал народ,
Пелена жестокой гущи затянула небосвод.

Черный тон немой картины, воцарилась темнота,
Но душа непобедима, верой жизни до конца!

Заурчало жерло лавой, сильный грохот вой издал,
Камни сыпались как щепки, дух стихии нарастал.

Демон будто бы ворвался из покоев глубины,
Затмевая гулом страстным, созиданье красоты.

Гром разнесся страшной силой, вот еще один удар!
Пошатнулись в треск - строенья, начался большой пожар.

Охватило город пламя: крики, стоны, голоса,
Мир стихия поглотила - острым лезвием меча.

Портик стройной колоннады от мощнейшего толчка
Наклонил фигуры грозно - повелением щелчка.

Вот обрушаться… мгновенье, обернется сущий крах,
Все прекрасные творенья превратятся в зыбкий прах.

Апогей достиг вершины, час неистовства настал,
Люди гибли от стихии, охватил огонь квартал.

Струи молнии пронзили - площадь огнивом луча,
И в мгновенье осветили путь к спасению Христа.

Осветилась площадь светом, и не рай ли это вдруг?!
Избавление от мытарств и страданий - тяжких мук.

Камень выступил нарочно на булыжной мостовой
Покрывались крыши зданий гарью черной и золой.

В страхе кони, в прыть пустились, обломилось колесо
Сонм напастей закружился - как порочное кольцо.

Опрокинулась повозка, где-то сломанная ось,
Все вокруг перемешалось и пошло в разлад и вкось.

Мать упала на булыжник и малыш, разинув рот:
Полон был здоровья, света и надежды - поворот.

Неосознанность испуга разрывала душу в кровь,
Детский плач в тревоге звуков выражал собой любовь.

В час трагического рока - поединок двух сердец,
На носу уже опасность и безрадостный конец.

Благородством силы воли, сын просил родную мать,
В путь идти, не зная боли, дабы здесь не умирать.

Немощь ей не позволяла силы добрые найти,
Губы, будто, умоляли… поскорей от зла уйти.

Ей не справиться с собою, боль пронзала ее грудь,
В час неистовства и горя ничего уж не вернуть.

Двое юношей тащили пожилого старика,
И осознанно взметнулась ввысь могучая рука.

Дух противился смириться, с грозным Демоном небес,
Где спасение, где сила? - Обуздать проклятый бес.

Итальянка молодая обнимала дочерей,
А языческий священник уносил свой скарб скорей.

Авгур молнии дивился, на ладони весь исход
Вот… обрушатся кумиры, на людской круговорот.

В широте людского горя, испытание и страх,
И лился народ как море, не покаявшись в грехах.

Камнепад не прекращался, поджидала всюду смерть,
Город в пепел погружался, уходила в толщу твердь.

Газ вдохнул Везувий гневно, в плен попал и стар и млад,
Уготована развязка, окунулся город в мрак.

Дальше зарево сияло, неизбежен тучи - рок!
И надежда умирала на спасительный итог.

В Помпеях начались раскопки!

Валентина Глазунова

В Помпеях начались раскопки,
Две тысячи погибших там.
Какие новые находки
Покажет город нынче нам?

Он был засыпан в первом веке,
Пепла вулкан не пожалел!
Струились огненные реки
Везувия, где он хотел!

Только, представь огня лавину
С Карлом Брюлловым наяву,
Его бессмертную картину,
Невольно в памяти храню.

Помпеи!

Валентина Глазунова

Пусть, не для нас построены Помпеи,
Где виллы, храмы, древние дворцы!
У дам, там, кавалеры-Прометеи,
А нам подходят жемчуга ловцы!

Под пеплом, все красоты уцелели,
Вулкан и нынче всем грозит бедой!
Мы Плиния прочесть с тобой успели,
Нам горд этот стал, почти, родной!

Помпеи

Владимир Гоголицин

Молчит Везувия в Земле фугас,
Гудит, как встарь, нетерпеливый рынок.
Помпеи* будущих живых картинок
Апокалипсиса еще не ведом час.

Дрожанье стен бывало тут не раз
И звук пустых сшибающихся крынок,
И дрожь земли: сандалий - не ботинок,
Но слух на гул ее глубин - не спас.

Беспечно длился лучезарный день.
Оставить дом? Плохой совет - и лень.
«Продолжим пир! Подать велите сласти.

Подлить вина Фалерна, сонный пень!»
Спокоен мир.Угрозы скрыта тень:
И Этны** не раскрыты злые пасти.

*Помпеи - римский город, погибший от извержения Везувия. Иногда ( ранее) именовался Помпея. Известна картина К.Брюллова «Последний день Помпеи». Этна - второй по величине вулкан в Италии, гораздо более часто извергающийся жидкой лавой, но без взрывов. Виновник относительно небольших разрушений по сравнению с Везувием.

Помпеи 79г

Галкин Юрий Анатольевич

Уже сотни лет развивались Помпеи,
Слагая культуру в семейный уклад.
«Везувий дышал» -
С каждым годом старея,
Под блеск амуниции римских солдат.

Ходили по улицам пары влюблённых,
Рабы получали за службу покой,
Уже зарождалась «прослойка учёных»,
«И был человек в этом обществе - свой».

Народ процветал, развивались ремёсла,
Не чаял никто о судьбе роковой,
У берега в заводи лодки и вёсла,
Качаются плавно над тихой волной.

В ужасном году небо в саже померкло,
Дрожит атмосфера, и жерло гудит,
Вода испарялась ввысь, с тоннами пепла,
Как - будто проход в преисподнюю вскрыт.

Вулкан низвергал раскалённые камни,
Из недр на город обрушил руду,
В домах закрываются двери и ставни,
И чувствует сердце большую беду.

Там *лава текла раскалённым «истоком»,
Дожди превращались с осадками в грязь,
«Кому и за что, это стало упрёком»?
Чтоб *пемзой на голову жертве упасть?

Людей муровал пепел липким потоком,
Кто сам задохнулся, кто в жиже пропал,
«А Бог заносил свою *длань над пороком»,
«И карой за всех, этот град наказал».

Такой же конец ожидал Геркуланум -
Конец незавидный.
Но скажет мудрец:
«Та лютая смерть под дымящим вулканом,
Открыла потомкам глаза, наконец»!

*Пемза - пористое вулканическое стекло.
*Длань - рука.

Помпеи

Елена Лес

Извергая огонь, осыпая камнями,
Беспощадный Везувий свой вершил приговор...
Шли века, бесконечно текли дни за днями,
И теперь здесь экскурсий кружит хоровод.
С любопытством глядим, как тут жили когда-то,
Как любили, страдали, рожали детей,
Ели, пили вино и ходили в театр,
Просто жизнь (только давняя), просто людей.
Все у них - как у нас: есть дворцы и лачуги,
Кто-то бесится с жиру, кто-то сводит концы
И не может свести, несмотря на потуги,
И идет на поклон к тем, кто носит "венцы".
Всех вулкан уровнял, несмотря на отличья,
Господина, раба, куртизанку...увы.
Бушевала стихия в немом безразличьи,
Не поверив молитвам, не услышав мольбы...

Везувий

Ирина Молчанова Ал

Под любопытным взором жерло.
В веках успело зарасти.
Лишь два отверстия не дремлют -
Парок голубенький свистит.

Берёзке в кратере, на блюдце,
Здесь зеленеть из года в год.
И серпантином виллы вьются,
По склону, не боясь невзгод.

Им не указка Геркуланум,
И горестный Помпеи день,
Когда извергнувшимся жаром,
Спалило всё, оставив тень.

Внизу Неаполь расцветает
И муравейником бурлит!
Он опасения не знает -
Былой разбойник тихо спит.

Чьи безрассудства позабытые,
И пепла ужас - адский зной
Напоминают только плиты и...
Жертв загипсованный покой*.

*Жители города Помпеи увековечены гипсом, которым заливали выжженные пустоты под пеплом, при раскопках.

Вот Везувий, вот Помпеи

Лика Гуменская

Вот Везувий, вот Помпеи -
два звена одной цепочки
под названием memento.
Здесь когда-то Лупанарий
был известным самым местом,
а теперь алеют маки
над телами погребенных
под высоким слоем пепла.
И мозаика и арки сохранились,
только люди,
пойманные черной лавой,
унеслись куда-то в вечность.
И глядят на нас оттуда
красными глазами маков.

Помпеи

Людмила Калягина

Нет тебе ни беды, ни богатств, ни славы.
Солнце в зените, песенка на устах.
Если сойдёт с горы золотая лава,
Дом обратится в пепел, а тело - в прах,

Небо нальётся соками тёмной вишни,
Треснет по шву - и городу быть на дне.
Что же, пичужка милая - не боишься?..
Медный поднос зеркалит улыбку: нет.

Ужас твой не проклюнется, не проснётся,
Не разольётся стылой волной в тебе,
Даже когда по улицам хлынет солнце,
Грянувшись с потемневших своих небес,

Даже когда невкусный горячий пепел
Нежно в себе оттиснет твои черты -
Встретишь его беспомощно и нелепо,
Кротко и удивлённо до немоты...

Камень нагретый пахнет легко и жарко.
Чистишь посуду: вечером будет пир...
Пой же, рабыня, маленькая служанка.
Солнце пока в зените. Везувий спит.

Последний день Помпеи 

Наталия Пегас

Каким он был последний день Помпеи?
Теперь уже осталось лишь гадать,
Был полон сад магнолий и камелий
И в салки ветерок хотел играть.

Свирель звенела в полдень на лужайке,
В купальнях раздавался звонкий смех,
Оратор вновь рассказывал всем байки
В расчёте на немыслимый успех.

Рабыни мяли спелый виноград
И выжимали чёрные маслины,
На грядках зеленел ещё салат,
Стекались люди к статуе Афины.

Художник долго краски подбирал,
Чтоб расписать со смыслом полотно...
Никто из них, увы, не ожидал,
Что выронит Судьба веретено.

Что будет пеплом скрыт дворец с фонтаном,
Что птицы замолчат навек в саду...
И лава бесконечным океаном
Вдруг уничтожит эту суету.

Каким он был последний день Помпеи?-
Узнаем очень скоро все секреты.
Остался призрак в мире параллельном
Оживший по велению поэта.

Гибель Помпеи

Новоселов Лев Сергеевич

Везувий гневался в своём стремленье
Явить Богам и людям злобный нрав.
Едва очнувшись от землетрясенья,
Оправилась Помпея, устояв.

Надеясь, что оно не повторится,
Вновь ожил город, зашумел базар.
Народ, забыв о страхе, веселился
Под звуки тамбуринов и кифар.

Мужчины посещали лупанарий*,
Ходили в бани, выпекался хлеб
Богам положенное воздавали
По мере надобности и потреб.

На сцене театра славили Эсхила,
На Форуме - ораторы шумят.
Сарно водою горожан поила,
Всё шло, как раньше, много лет назад.

Казалось, ничего не предвещает
Беды. В заливе дремлют корабли,
На якорях приткнувшись у причала
Гостеприимных неба и земли.

Везувий чуть дымит. Синеет море,
Покой и на земле, и в небесах.
И лишь Юпитер ведает, что вскоре
Взревёт стихия, обратив всё в прах...

Вдруг раздались толчки. Из недр вулкана
Дым чёрный повалил,густой стеной.
Из жерла, как из не зажившей раны,
Исторгся леденящий души вой.

И словно зверь из глубины взметнулся,
Снопом огня, как огненный язык.
Дракон,в вулкане дремлющий,проснулся
И ринулся, издав победный крик.

Свистя, с камнями пепел вырывался,
Взлетая ввысь. Казалось, небосвод,
Недавно мирный, злобным оказался,
Обрушившись на город и народ.

Смертельный мрак скрыл и дома, и небо.
Зигзаги молний в давящей жаре.
Бежали люди, обезумев.Где бы,
Укрыть детей, в какой-нибудь норе...

Дождь пепла , камни, землю устилая,
Ложились на сады и на дома.
Вдобавок гром, разрядами сверкая,
Как Демон Зла, сводил людей с ума.

О Боги ! В чём же люди виноваты,
За что им это всё, в чём их вина ?!
Безмерная, жестокая расплата.
Ценой Помпеи платит вся страна...

Вулкан ревел. И в море, и на суше -
Казалось, мир поднялся на дыбы.
И плача, к небесам взмывали души,
Как жертвенные всполохи судьбы.

Кто из несчастных не успел укрыться,
Во тьме метались, падая, крича.
День ночью стал. Лишь шквальный ветер бился,
Настилы крыш и ветви волоча.

Столпотворенье ада. Пепел жгучий,
Забивши горло, не давал дышать.
Последний вдох... Безумцы, сбившись в кучи,
К богам взывая, стали умирать

Огонь, небесный и земной, старался,
Всё на пути испепелить и сжечь.
Везувий в бешенстве не унимался,
Ревя, круша, словно Дамоклов меч.

Обломки кратера, подхваченные ветром,
На город ринулись, как гарпий рой.
Со склона лава, вырвавшись из недра,
Бурля, струилась огненной рекой...

С небес взирали Боги, цепенея,
На муки тысяч гибнущих людей,
Как в чреве ада корчилась Помпея
Взывая к небу в гибели своей.

Как долго это длилось, неизвестно.
Нет тех,кто мог бы рассказать.Тогда
Под слоем пепла, лавы всё исчезло,
Под толщей времени.И навсегда.

Безмолвны небеса к людским страданьям.
Помпеи нет,свидетели молчат.
А сколько их, в анналах мирозданья,
Подобных бед. Таких, как этот ад....

* Лупанарий - бордель. От латинского ( Lupa) - волчица. Так называли проституток. 

Гибель Помпеи

Ольга Гупало

Чёрная туча накрыла Помпеи,
Плач перерос в многотысячный вой,
Люди бежали, а кто посильнее -
В страхе упавших топтали толпой.

Ужаса крик потонул в перестуке -
Сыпался град раскалённых камней.
С плоской вершины Везувия дуги
Плыли шеренгой горящих огней.

Выжило много, укрывшись от града,
Кто-то в домах, а кто - к морю бежал.
Нет, не конец это страшного ада -
Город накрыл ядовитый туман...

Пемза по крыши Помпеи укрыла,
Город под саваном, но он живой.
Мрачною тенью кругами бродила -
Старая ведьма, махая косой...

Гул нарастает, страшнее всё, ближе,
Огненный смерч налетает стеной,
Падают стены, тяжёлые крыши,
Всё выжигает горячей волной...

Пепел прикрыл умирающий город,
Прах запечатав в пустой саркофаг...
Отзвук далёкий безмерного горя,
Бедствий людских символический знак.

Помпеи

Ольга Гупало

Касаюсь рукою холодного камня -
Хранитель истории много веков...
Стоят, погрузившись в печальную тайну,
Помпеи - могила без ярких венков.

Булыжники гулко звучат под ногами,
Как метка - впечатан истории след.
Омыты дождями, омыты слезами,
Свидетели страшных, памятных вех.

Помпеи встают из холодной могилы,
Застыли останки разрушенных стен.
Великая тайна неистовой силы,
Здесь царствует вечно безмолвная тень...

Помпея

Прекрасная Елена12

Все !Страх и боль и безысходность!
На лицах чистых у людей ,
Их жерла извергая пламя,
Вулкан проснулся-в сонме дней!

Метая в цель живую камни,
Он пеплом-город заволок.
А был недавно, райским садом,
Помпеи дивный уголок

В ее садах-струилась свежесть,
Красивых роз цвели кусты.
И склоны гор-дарили нежность
Своей волшебной красоты...

За что!? Какие прегрешенья
Господь сжигает их живьем?
И никакого нет решенья,
Стекает магма вниз ручьем...

Испепеляет все живое,
И покрывает на века...
Проклятие дьявола простое,
Застывшим серым пеплом сна...

Как огнедышащий дракон,
Из пасти выливает лаву!
Он бьет хвостом и разьярен!
Навечно-он снискает славу...

Какой жестокий победитель
Не пощадил ни храм,ни дом!
Святые души-их обитель,
Окаменевший бастион...

 Помпея

Римма Казакова "Страна Любовь"

В конце печальной эпопеи,
перевернувшей жизнь мою,
я на развалинах Помпеи,
ошеломленная, стою.

В нас человек взывает зверем,
мы в гибель красоты не верим.
Жестокость! Парадокс! Абсурд!
В последний миг последней боли
мы ждем предсмертной высшей воли,
вершащей справедливый суд.

Но вот лежит она под пеплом,
отторгнутым через века,
из огненного далека с моим
перекликаясь пеклом.

И, негодуя, и робея,
молила, плакала, ждала.
Любовь, заложница, Помпея,
зачем, в стихи макая перья,
такой прекрасной ты была?

За хлестнута глухой тоской я.
Нет, гибнуть не должно такое!
Ах, если бы! О, если бы...
Но под ногами - битый мрамор:
обломки дома или храма,
осколки жизни и судьбы.

Вернусь домой к одной себе я,
найду знакомого плебея
по телефону, доложив,
что хороша была Помпея!
А Рим... Рим, Вечный город, жив.

Легенда покрытая пеплом

Татьяна Новик 17

Вулкан проснулся -он опять клокочет
Вверх поднимая пепел, камни, дым.
И день, и ночь без умолку грохочет.
Везувий страшен!
Он неутомим!!

В Помпеи все размеренно , спокойно,
Никто в беду не верит, не грустит:
«Ну что вулкан?
Мы переждем достойно.
Мы у подножия- до нас не долетит.»

Но вскоре пепел, камни. черепица
Летели вниз, на головы людей.
Повсюду перепуганные лица
И крики женщин, маленьких детей.

А пепел уж засыпал рынки, храмы
Сокровища, театры и дома.
И не было ужасней этой драмы!
Казалось , все вокруг сошли с ума!

Не видно солнца!
Страшная картина!
Вулкан еще волнуется, дрожит.
Где город был - безмолвная равнина
Никто не мечется, не стонет, не бежит.

И утром не повеяла прохлада-
Лишь тьма кромешная вокруг и тишина.
Горячий воздух будто бы из ада!
Помпеи - нет!
Судьба предрешена!

Помпеи

Татьяна Фролова 4


Позолота, сиянье лазури,
Море нежно целует песок.
Над Везувием тонкие струи
Чуть приметный, прозрачный парок.

Отпечаток запекшейся лавы,
Чей-то след, колея колесниц,
Как ярчайшие отсветы славы
Италийских, античных зарниц.

Храм Юпитера, храм Аполлона,
Опустевшие ниши богов,
Серебристого туфа колонна
Словно держит всю тяжесть веков.

Солнце, ветер, игра полутени
И морской древнеримский порт,
Здесь над городом неги и лени
Рассыпался последний аккорд.

Даже счастье казалось здесь вечным,
Среди зрелищ, игры и пиров,
Безмятежного мира беспечность -
Положиться на милость богов.

Разноцветные фрески, пилоны
И танцующий фавн за стеной,
Замер солнечный мир, потрясенный
Воцарившейся здесь тишиной.

Бронза, мрамор, античные зданья,
Мозаичного домика сад.
Время здесь затаило дыханье
Девятнадцать столетий назад.

26 сентября 2012 г.

Херсонес *

Херсонес

Агеева Ольга Юрьевна

Покоен камень Херсонеса.
Уставшие руины стен
Оберегает нежно месса
От чар невиданных сирен.

Как вдовы , старые колонны,
Их жизнь на пустоши грустна.
У памяти свои законы:
Поверье каменного сна.

Пусть тень полудня отползает
В приюты трещин вековых,
И солнце белое карает
Заблудший в царство щебня жмых.

Херсонес

Борис Шмуклер

У Севастополя под боком
След легендарной и далёкой
Эллады.
В веках прошедших назывался он
То Херсонес, то Корсунь, то Херсон.
Российский князь Владимир,
Покорив Херсон,
Был тут же византийцами крещён.
И в память о событиях тех пор,
Был возведён Владимирский собор.*
Сейчас античный город-государство
В развалинах.
Лишь археологов здесь царство.
Да на раскопках городища
Маячат редкие туристы.

*В Севастополе два Владимирских собора. Наиболее древний - в Херсонесе

Херсонес

Валерий Рябцев

Хоть тенью лечь на древние каменья,
Античных улочек улавливая вдох,
Явившись к ним одним прикасновеньем,
Как эстафетной палочкой эпох.

И пусть в веках грядущего прогресса
Звучит набатный голос Херсонеса.

Херсонес

Василий Толстоус

Твердея, времени замес
века ушедшие заполнил.
Всё стихло. Только Херсонес
ещё домешивают волны.
В окрестных скалах и холмах
звучат не эллинские песни.
Сквозь пыль в раскопанных домах
увидишь призрак бестелесный.
Услышишь бубен, мерный стук
неисчислимых пар сандалий.
Вода стекает в акведук
среди античной пасторали.
В театре пьесе Еврипида
внимают праздные плебеи.
И - там ли, здесь ли - голос гида,
и строки песен «Одиссеи».
А наяву кипит прибой,
ни сна, ни отдыха не зная,
и старый колокол морской
гудит и плачет над волнами.
Щека под ветром солона
и мысли не имеют веса.
Опять рождается весна.
И что весне до Херсонеса...

В Херсонесе

Вячеслав Егиазаров 2

Херсонес. Раскопки. Бухты.
Термы. Двор монетный. Прах.
И банальнейшее - «Ух, ты!..» -
то и дело на устах.
Вот собор над вечным морем.
Всё здесь вечно, как ни кинь,
эта синь и эти зори,
эти зори, эта синь.
Тавтология?
Нисколько!
Где росы мерцает пот,
прямо в небо из пригорка
мрамор колоннад растёт.
И бредут своим порядком
волны вязкие, как мазь.
Археологи палатки
расставляют, торопясь.
Бут. Фундамент. Над заливом
храм античный. Рядом - грот.
Иностранец объективом
кинокамеры ведёт.
Я к нему: - Месье, сим водам
тьмы и тьмы летучих лет…
Пахнет солью. Пахнет йодом.
Меркнет бликов зыбкий свет.
И дорической колонны
гаснет тень…
И мнится мне:
выплывает из-за боны
тень триеры на волне.
Крик, команды, ругань, кашель,
вздеты вёсла к небесам
из Сугдеи или Кафы,
или из Колхиды там.
А быть может, то триремы
римской тень?
Откуда знать!
Помечтать умеем все мы,
здесь же, как не помечтать…
На полу музейном танец
пыли, в ней лучится свет.
Вот знакомый иностранец
над коллекцией монет.
А вдоль стен в тиши, в прохладе,
где стеллаж и край стола,
лики пифосов Эллады,
амфор женские тела.
Слышу скрипы колесницы,
песнь рапсодов, стон рабов…
Мне до смерти будет сниться
этот зов и гул веков.
Этот дёрн сухой и бурый,
где снуют жучки, шурша,
где о гибели культуры
загрустила вдруг душа.
Защемила так, заныла,
захандрила, отошла…
Вспенилась волна, как мыло,
смыть печали не смогла.

Херсонес

Георгий Скрипкин

Потоптаный кровавыми веками,
Излизанный прожорливым огнем.
История, впитавшаяся в камень,
Глубины с неиспробованным дном.

И все это руины Херсонеса
В объятьях севастопольских основ.
Творение далекого прогресса,
Пришедшее из каменных веков.

И колокол, отлитый из орудий,
Отбитых у турецких моряков.
Поклоны бьют восторженные люди,
А я звонить без устали готов.

Дышать готов Владимирским собором
И верить во крещение Руси.
Мужайся возрождающийся город,
Знамение твое на небеси.

Воспоминания о Херсонесе

Дайм Смайлз

Повсюду древнейших строений руины,
Но древности дух ни на миг не исчез.
Здесь город с нетленною славой единый.
Осколок античных времен Херсонес.

Напевный мотив колокольного звона.
Разносится эхом вдоль каменных стен.
И высится гордая башня Зенона -
Безмолвный свидетель лихих перемен.

Все помнит она, и античные пьесы,
Солдат легионы, что славили Рим.
И храмов подземных церковные мессы,
И грозных сражений клубящийся дым.

В раздумьях гляжу на жилые кварталы,
Неспешно хожу вдоль старинных дорог.
Как много событий здесь время смешало
В мозаику судеб, культур и эпох.

Но так же играют с утесами волны,
Но так же ясна панорама небес,
Но так же белеют на солнце колонны.
И тайны веков бережет Херсонес.

Херсонес - полис, основанный древними греками на Гераклейском полуострове на юго-западном побережье Крыма. Ныне Херсонесское городище расположено на территории Гагаринского района Севастополя. На протяжении двух тысяч лет Херсонес являлся крупным политическим, экономическим и культурным центром Северного Причерноморья.

Херсонес

Дмитрий Зотов 07

У арок и колонн немые лица.
Хранить умеет тайны Херсонес.
Здесь звали Русь по-новому молиться.
И крест нести, и весть: «Христос Воскрес!»

Склонились светлокудрые герои
Пред шапкою собора золотой.
Их боги разделили участь Трои,
Застыв на фресках пестрою толпой.

У вечности о прошлом не жалеют,
Там теплится надежда и вина.
Там легкий шаг апостола Андрея,
Которому внимает тишина.

Херсонес

Евгения Чмут

Херсонес. Небеса благосклонны,
Память сердца тревожно легка.
Я иду, чтобы тёплой ладонью
Прикоснуться к забытым векам.

Не спешу. Каждый шаг - озаренье,
Как шатёр, над тобой синева.
Словно замерло всё на мгновенье
И ненужными стали слова.

Здесь спрессованы в тысячелетья
В сером камне седые века.
Море. Небо. И жизнь человечья
Рядом кажется так коротка.

Херсонес. Сколько судеб забытых...
Сколько войн пронеслось над тобой.
Тишина. Полустёртые плиты
И бескрайний простор голубой.

Солнце клонится ближе к закату.
Над землёй купол неба распят.
Рядом с храмом в веках необъятных
Поколенья ушедшие спят.

Херсонес

Елена Раскина

Здесь ветер так мучительно неслышен,
Здесь камни так младенчески чисты,
А море - отрешеннее и выше
Распахнутой блаженной высоты.

Развалины театра или храма…
Как молчалива каменная плоть!
Ты с тишиной беседуешь упрямо,
И отвечает шепотом Господь.

Как горько пахнет мраморная проседь,
Как тяжело дается ход времен!
В античный мир пожаловала осень,
Как самозванка, севшая на трон.

Но слишком быстротечно самозванство,
И дни ее правленья сочтены.
Не стоит звать преступника на царство -
Достаточно и собственной вины.

Что может быть прочнее, чем руины?
Что может быть прошедшего верней?
Все правильно - мы созданы из глины,
Но памятью обожжены своей.

Херсонес Таврический

Зинаида Торопчина

Здесь веет старинОй античной, давней,
Тысячелетий дух тут не исчез.
История - в руинах: в каждом камне
Таит загадки древний Херсонес...

Когда-то тавры грозные бродили,
И мчался скиф, и гарцевал сармат.
Набеги и сражения здесь были -
Всё это камни херсонесские хранят.

И появились древние тут греки, -
Их вёл сюда не просто интерес, -
Оставили свой след они навеки,
Построив мощный город - Херсонес.

В чудесной бухте, на мысу заметном -
Удобная стоянка для судов.
Ряды домов, театр и двор Монетный...
Торговлей славен был средь городов.

Он с суши защищён стеной-кордоном,
Она была прочна и высока.
Над знаменитой башнею Зенона
Не властны ни ветра и ни века.

На фоне моря - белые колонны,
Как память об одной из базилик.
И слышны были кОлокола звоны
Под плеск морской волны и чаек крик.

Тот город рос и долго был в расцвете,
И в мире приобрёл немалый вес.
Но... всякое бывает ведь на свете:
Ордой сожжён, разрушен Херсонес...

Печальны разрушения картины,
Но город, к счастью, не совсем исчез.
Напомнят нам о прошлом здесь руины,
Где процветал когда-то Херсонес.

На берег так же набегают волны,
И солнце жжёт, и синева небес...
Века прошли, и пронеслись тут войны,
Но след оставил древний Херсонес.

Он любопытным многое расскажет.
К нему всё бОльший в мире интерес.
Величествен, красив в руинах даже
Античный город - славный Херсонес!

В древнем Херсонесе

Ирина Ханум

Тени рослых кипарисов
Чутко дремлют на ступенях.
Сине-алый вечер близок.
Слышится мужское пенье.

Маков красные вкрапленья
Средь травы безродной буйства.
Солнце тает очень ленно:
Горкой мёда в тёплом блюдце.

Зелень волн в янтарных бликах.
День рыбацкий был погожим.
Бело-жёлтые туники.
Как на персики похожи

Женщин греческих ланиты!
С винным запахом кувшины,
Зелье доверху налито.
Пьётся в радость, без причины.

Пол в мозаике и фрески,
Цвет молочный колоннады.
А над ней в шатре небесном
Звёзд мифических плеяда

Вспыхнет ночью. Станет жарко
От напитка, что в кувшине.
Свет лампад струёй не яркой
Лоск оставит на маслине.

Горсть их с выжатым лимоном
Дружит с хмелем винограда.
Халк* луны взойдёт над домом,
Здесь кровиночка Эллады.

Бриз заглянет на террасу,
Кудри спутает обоих.
А они уже во власти
Страсти. Тело сладко ноет,

Просит ласки, ноги млеют…
Эрос - плотских дел хозяин.
Влажность губ покроет шею,
Ниже медленно поманит…

Женских чар огонь резвится,
Гонит кровь его по жилам.
Ночь, вспорхнув пугливой птицей,
Свалит лунное светило.

Утро веер свой раскроет,
Бледно-розовый, огромный.
Будет плыть рыбак по морю,
Что прозвали греки Чёрным.

*Халк - монета древнего Херсонеса (210 - 200 г.г. до н.э.).

Херсонес

Леонид Юдников

Херсонес - Эллады древней память
В амфорах, мозаиках, монетах,
Колонадах мраморных,столпами
В небо устремленных, - чудо света!

Семь тысячелетий возраст их,
Даже и представить это сложно! -
Диоген тогда слагал свой стих,
Мифы древней Греции, возможно,

Здесь слагались, чтоб дойти до нас
Эпосом ещё дохристианским.
Херсонес - наш первый Божий глас
И купель Христова мессианства.

Ясно Солнце князь Владимир здесь
Первым принял лоно Христианства.
Киев-град потом крестился весь.
И тысячелетье с постоянством

Русь Святая верует в Христа
И в свою защиту - Божью Матерь.
Херсонес - священные места,
Их пройду пешком, пол-дня потратив.

Храм Владимирский на первом этаже
Камни древней церкви сохраняет,
Где Владимир, во Христе блажен,
Веру в Бога нам хранить вменяет.

Херсонес Таврический

Лида Костина

На берегах просторных Крыма
Вратами в вечность - Херсонес.
Руины солнцем опалимы,
Колонны в куполе небес.

То облака сменяют тучи,
То жаром пышет вся земля,
То ветер шлёт вдруг снег колючий -
Здесь всё уснуло на века.

Застыли молча изваянья,
Надгробий стёрты письмена,
Пескам подобные деянья
Накрыла с шорохом волна.

Тропинкой меж камней теряясь,
Ведёт куда-то зыбкий след,
И травы, буйно разрастаясь,
Хранят свой ревностно секрет.

Херсонес Таврический

Любовь 10

Под сенью греческих небес
Предстал внезапно Херсонес ...
По древним улицам прошла
И здесь осталась навсегда…
Колонны древней базилики,
Простор, прибой и моря блики…
Вдали собор на возвышеньи…
Земля, которая священна…

Херсонес

Ольга Дубинянская

Зачем сюда стремимся мы толпой?
Хотим глазами ширь измерить моря,
И завернуться в жаркий летний зной,
И ощутить размах свободной воли.

Степь раскалилась солнцем до бела,
И ветер сокрушает монолиты.
Когда б на миг проникнуть я смогла
Сквозь пыль веков и мраморные плиты.

Белеют паруса в морской дали,
Поют стаккато звонкие цикады.
Как много и как мало людям надо:
Коснуться вечной памяти Земли.

Время

Ольга Цветикова

(Под впечатлением посещения Херсонеса)

Горбатый Хронос, злобный импотент,
Корёжит лица, иссушает разум.
Он красоты и юности абсент
Цедит по капелькам в базальтовую вазу
И, запечатав крышкой на века,
Её он прячет в гулком подземелье…
Тягучи дни седого старика, -
Безрадостное вечное похмелье…

В пещере чёрной, скрыты под замком,
Ему лишь Парки древние послушны:
Сметают поколения крылом,
Бесстрастны, безучастны, равнодушны…
И нитей жизни рваные концы
Теряются во тьме по воле рока,
Лишь дети да беспечные юнцы
Не ведают тоски его до срока...

Херсонес

Ольга Цветикова

Высушен бризом морским
Холм золотой Херсонеса.
Ветер потоком тугим
Чаек на скалы бросает.

Скалы седые стеной
Встали пред пенным прибоем.
Город в холме за спиной
Дышит руинами улиц.

Время песком занесло
Славу былого расцвета.
Лишь под ногою стекло
Скрипнет, на солнце согрето.

Море барашков пасёт,
Синей волнуется бездной,
Так вот пройдёт в своё черёд
Время и нашего века…

херсонес

Павел Любимов Севастополь

Я сердцем к этим скалам прикоснулся…
Закрыв глаза, я через призму лет
Увидел мир… И смог, не отвернулся
От прошлого, чей ноздреватый след
Впечатан в камни и в мотив прибоя,
И жесткою щетиной терпких трав ,
С водой и ветром неустанно споря,
Царапает века, бег Времени поправ…
Я сердцем прикоснулся к этим скалам…
К рубцам забвенья… Шрамам бытия…
И, встрепенувшись, Память рассказала
Мне обо всем, не позабыв меня.
Я к скалам Херсонеса прикоснулся…

Херсонес Таврический

Элла Крылова

Камни, из коих был сложен античный город,
напоминают буквы: альфа, омега, дельта.
Серые эти камни знавали жару и холод,
старость богов, но и цивилизации детство.

Как протекала здесь жизнь? Очевидно, неторопливо,
словно движенье триеры по водам эвксинским,
словно молитва жреца вечной Деве (олива
ею подарена гражданам вольным афинским).

Ткали полотна здесь для парусов и одежды,
рыбу ловили и делали крепкие вина -
вот они, амфоры, - и возлагали надежды
в небе - на Зевса, в пустыне морской - на дельфина.

Спасся же так Арион! Людям надобно верить в спасенье
и при светильниках масляных, и при неоновом свете.
Кто мы? Откуда взялись? Прихотливой природы явленье?
Или блаженных богов несчастливые дети?

И почему нам пределом положена Лета? -
помнить об этом мы обречены с колыбели.
Мы никогда, никогда не узнаем ответа.
В небо врастают дорийских колонн капители.

Море мигает огромным нефритовым глазом,
шепчет губами солёными - в сердце жемчужницу будит:
зла не твори, наслаждайся, используя разум,
дальше - пусть будет, что будет! пусть будет, что будет!..

Херсонес

Эльвира Юрасова

Храм, наверное, был просторен...
В обрамлении облаков
Древний город над синим морем,
Золотистая пыль веков.

Над колоннами базилики
Чаек вечная суета,
Голос колокола великий,
Блеск Владимирского креста.

Те же камни, руины, своды,
То же солнце с утра встаёт...
Херсонесский приют свободы
У старинных морских ворот.

Пусть угасшей культуры фрески
Скрыты временем до поры,
Но в античном театре - действо
Современной живой игры.

Полыхает огонь над морем
Под танцующих звуков шквал,
И сюжетам извечным вторя,
Звёздный купол венчает зал...

Всё проходит... и слава - бремя,
Коль для счастья она мала...
Мотылёк мирозданья - время,
Здесь мелькнули твои крыла.

Я не археолог увлечённый

Юлия Зазимко

Я не археолог увлеченный,
На раскопках древних городищ
Села я на камушек точеный.
Чем еще меня тут удивишь?

Сквозь тысячелетья Херсонеса
Веет сила удаль и азарт,
А лопата - двигатель прогресса
Снова возвращает нас назад.

Солнце жарит круглой сковородкой,
Нагревая степи добела.
Может быть какая-то красотка
В древности тут счастлива была.

Может быть какой-то грозный воин,
Озирая вечные холмы,
Сердцем понимал, что он достоин
Самой замечательной жены.

Что ж, пройдусь по глыбам бывших зданий,
По следам от крепостной стены
И полуотрытых оснований,
Что в земле почти и не видны.

Подберу осколки от посуды,
Черепки, хранящие тепло,
Соберу осколки чьих-то судеб,
Хоть воды немало утекло.

И цветок на терракоте красной,
Как подарок тех былых времен
На ладонь кладу слегка с опаской,
Удивляясь, как прекрасен он.

В Херсонесе

Юрий Краснокутский 2

Был когда-то Херсонес
Древний город на Боспоре.
Нет диковинных чудес,
Лишь руины возле моря.

Мчались стрелы, облака,
Время камни разрушало.
Пронеслись над ним века,
Сто властей в одну смешало.

Греки, гунны, Митридат,
Цезарь, Август непреклонный.
Скифов, римлян нет следа,
Здесь лишь камни и колонны.

Гавань, где разрушен порт.
Нет судов на горизонте.
Всё в руинах с давних пор,
Только память вы не троньте.

Был давно забытый пирс,
Византийские галеры.
Тут царил недолго мир,
В первом веке смена веры.

Здесь крещён Владимир-Князь,
Вот беседка у купели.
Пусть времён продлится связь,
Что вернула эти земли.

Только темник из Орды
Херсонес совсем разрушил…
Большей не было беды,
Что волнует наши души.

Замер звон колоколов
Из Владимирского храма.
Всё понятно и без слов,
Вот такая панорама.