Общее·количество·просмотров·страницы

5 января 2016 г.

Иерусалим *

Иерусалим

Александр Кожейкин

Казалось, время замедляет шаг
и бесконечно таинство пути...
И вот моя согретая душа
над этим древним городом летит.

Казалось, здесь начало всех начал,
родник-исток, возникший так давно,
но сколько бы его ни изучал,
его постичь, пожалуй, не дано.

Волшебным утром город посетив,
важней увидеть, чем прочесть тома,
как солнце, парк сначала осветив,
волшебно красит розовым дома.

Что говорить - бывают чудеса,
и не выходит мысль из головы,
о нём мне не удастся написать,
а все мои слова уже мертвы.

В гостях у Бога

Александр Примак

В Иерусалиме я совсем забыл про облака -
Так много на земле рассыпано святынь.
С любовью я пришел сюда издалека
Через равнины, горы, череду пустынь.

Здесь стены храмов покрывает седина,
И всех зовет к себе священная стена-
Стена страданий и мольбы, стена надежды
И белые снежинки на стене лежат, как прежде.

Мне кажется, что я в гостях у Бога и Христа,
Они как будто с радостью взирают на меня
И греет нежно свет божественной звезды,
И буйно расцветают гефсиманские сады.

Был долог путь и отдых небольшой
И вот стою пред ним с израненной душой -
Ведь мы сейчас в гостях у Бога моего
И здесь Eго мы не оставим одного...

Иерусалим

Андрей Алексеев 4

Белоснежный Иерусалим,
Как игрушка на моей ладони.
Невозможно мне расстаться с ним,
Выжженное счастье плоскогорья.

Каменная пустошь без воды,
Две змеи - дороги к горизонту,
Ветра южного заметные следы,
Прах несут песчинки вслед за солнцем.

Иерусалим

Анатолий Ягудин

В тени за сорок - это много,
Так ведь Израиль, а не Рим
И на гору ведет дорога,
Где древний Иерусалим.

Глухие стены - в них ворота,
Здесь Понтий проходил Пилат,
Стекалось множество народа,
Чтоб совершить святой обряд.

По узким улочкам тянулась
С товаром за арбой арба
И перед стражей низко гнулась
Спина торговца и раба.

Здесь Прокуратор Иудеи
Вершил земной и скорый суд-
Не ведали еще евреи,
Что здесь Спасителя распнут.

Здесь интересы трех религий
Свой обрели триумвират
И начали плести интриги
Две тыщи лет тому назад.

Здесь каждый камень - это вечность,
Здесь время замедляет ход,
Показывая быстротечность
Царей, режимов и свобод.

Ступив во двор, лишенный тени,
Уже не ощущаешь зной -
Так обожжет переплетенье
Эпохи старой и иной.

Квартал арабский встретил первым
Восточной россыпью даров,
Но берегите ваши нервы -
Взгляд мусульманина суров.

Хоть в переулочках укромных
Для вас он разложил добро,
Сокрыть не могут мыслей темных
Кувшины, ткани, серебро.

И если б не был я мужчиной,
То прочь, наверно убежал -
Так остро мне буравил спину
Взгляд, как отточенный кинжал!

Но, к счастью горная тропинка
Сплетает серпантинный бант,
Где у дороги, как былинка
Сидит еврейский музыкант.

Ведет к стене дорога плача,
Уныл гитары перелив,
И птицы здесь поют иначе -
Всегда печален их мотив.

На две большие половины
Здесь разделен брусчатый двор.
Отдельно женщины, мужчины
Заводят с Богом разговор.

И часто, меленько кивая,
Почти впадают в забытье,
Лишь ветер, пейсами играя,
Им шепчет: каждому- свое...

Но в третий мир ведет дорога,
Где Храм построили в скале.
Застыв невольно у порога,
Святой поклонимся земле.

У каждой церкви здесь приходы
Скалы используют изъян.
Христос похож на лик народа
Абхазов, греков и армян.

В святое место - Гроб Господень
Ведет малюсенький проем.
Забыв на время о свободе,
Здесь можно постоять вдвоем,

И получив благословенье
У этой мраморной скамьи,
Кому- то дарит исцеленье,
Кому-то - силы для любви.

И раз в году огонь чудесный
Родится здесь не от свечи,
Как будто нам Отец небесный
Дарует истины ключи.

О, этот край обетованный!
Счастливый и несчастный край.
Такой воистину желанный,
Как будто здесь - дорога в рай.

Зачем же часто гибнут люди
На необъявленной войне?
Ведь больше счастия не будет,
Когда земля горит в огне.

Ждут мусульмане Магомета,
А православные - Христа.
По мысли Нового Завета
Вернется тот, кто снят с креста,

Ждут Моисея иудеи,
Так кто же истинный Пророк?
Арабы, русские, евреи,
А может был единый Бог?

Он не одобрил бы усилий,
Что тело обращают в прах,
Скорбя по нам под взмахи крыльев
В своих заоблачных мирах.

Я словно слышу вещий голос:
«Остановите эту кровь,
Ведь в человеке каждый волос
Был создан, чтоб познать любовь.»

Так будь же мирным и свободным,
Единый Иерусалим,
Принадлежащий всем народам,
Людьми и Господом храним,
Как вечный город - Рим!

Вечный город

Андрей Дементьев

Земля уже предчувствует рассвет.
И алый цвет к лицу Иерусалиму.
Замри, мгновенье! Ты - неповторимо,
Хотя и повторялось тыщи лет.

Восход рисует вновь Иерусалим.
Одно движенье гениальной кисти -
И вот уже зазеленели листья,
И вспыхнул купол, и дома за ним.

Поклон тебе, святой Иерусалим!
Я эту землю увидать не чаял.
И мой восторг пред нею нескончаем,
Как будто я удачливый олим.

А солнце поднимается все выше.
Я с городом святым наедине.
И снова поражаюсь, как он выжил
В той ненависти, войнах и огне.

Наступит день - сюда сойдет Мессия.
И, встав у замурованных ворот,
Он усмехнется мрачному бессилью
Своих врагов, не веривших в приход.

В долине состоится страшный суд.
Восстанут из могил Иерусалима
Умершие
И нас судить придут.
И только совесть будет несудима.

Вспоминая Иерусалим

Андрей Пущинский

"Я посетил Иерусалим,
Где с Богом был там на один..."

В грехе рождённый - будет грешен
И каясь в этом - безутешен…
Но, кто "дойдёт" до древних стен,
Господь, грехи отпустит всем.

И на заветном "Камне Миро",
Вкушая божьего эфира.
Вы, на Голгофу - со смиреньем,
И к Гробу - с умиротвореньем,

С мольбой прильнёте заклиная:
Открыть - в чём истина святая?
И не оставить в час печали,
И чтоб сбылось, о чём мечтали!

Но, в граде трёх религий мира,
"Не сотвори себе кумира"
Домой ты с миром возвращайся,
Самим собою оставайся!

Иерусалим!

Валентина Глазунова

Иерусалим -
Состоит из двух слов:
Ир, это - город,
А дальше - шалом!

Шалом, это - здравствуй!
Да, ещё - мир!
Вот и ликуй,
Город песен и лир!

Город - святыня,
Он - мира любовь!
Не только, сегодня,
В нем - слёзы и кровь!

Кто остановит
В разгуле зверьё!
С гадом воюет
Сознанье моё!

Иерусалим

Валерий Недюдин

Он весь пропитан Первородством
Трех вер, хоть верю - Бог един!
И здесь не смотрят с превосходством,
Лишь Он над всеми господин.

И ощущаешь нервно кожей
Ты связь разорванных времен.
В нем все первично, не похоже,
И мир в кулак соединен.

Иерусалима воздух веры
Вдыхаешь, взор, направив ввысь,
И иудейские напевы
Здесь с мусульманскими слились.

И эта аура причастия
И восприятия Божества
Дарует людям столько счастья,
Что каждый вновь спешит сюда!

Иерусалим

Виктор Конст Попов

Глазам не верю! Иерусалим!
Лицом к лицу древнейшая святыня!
К чему слова! Мы просто постоим,
шепча одно твоё святое имя!

К тебе всегда стремился разный люд -
кто венчан славой, кто покрыт позором.
Был суд правителей, неправедный и скорый,
и есть Истории неторопливый суд.

Ты был разрушен и вставал из пепла,
ты возрождался так или иначе!
Теперь к твоей Стене людского Плача
идут паломники со всех концов планеты!

И слава Богу, что молитвы ныне
на всех наречиях у Гробовой плиты,
которую сберёг для мира ты,
звучат: «Мир граду Иерусалиму!»

Иерусалим

Григорий Крылов

Приподнятый ладонью Бога
В небес торжественную синь,
Как ненасытная утроба,
Застыл в холмах Иерусалим.

И полукружье стен турецких
И европейский новодел
Не смоют слезы Веры ветхой
И Откровения предел.

Здесь в ожидании Мессии
Скучает Гефсиманский сад,
Его Ворота Золотые
Ключом запертые молчат.

И ветра скрип и ропот мира
Навек бурлящего внизу -
Всё - в ожидание Кумира
В пустом заснеженном Саду.

Приподнятый ладонью Бога,
И - Мир раскинулся под ним.
Его не мало и не много.
Он просто - Иерусалим.

Посвящается Иерусалиму

Дина Байтер

На семи холмах у семи ветров,
На семи холстах у семи костров,
Ты откройся мне, Город суженый,
Первозданный и в боли, и в мужестве!
Неразгаданный, неизведанный,
Нераздавленный злом и бедами,
Силой духа дошедший из прошлого,
Город, верящий лишь в хорошее;
Знавший Храма взлет и падение,
Ощутивший Творца в движении,
От кровей и скорби отмывшийся,
В древних снах обновленным нам зрившийся -
Ты открой лицо, Город суженый,
И вдохни в меня каплю мужества!!!

Иерусалим

Илья Гуревич

По воле божьей, под звездой Давида
Столицей наречён и имянем святым,
Встал, как форпост, как вызов Пирамидам,
Еврейский город Иерусалим.

Твой храм, дворцы на живописных склонах,
Трудолюбив, могуч, неповторим,
Ты процветал при мудром Соломоне
Мой славный город Иерусалим.

Ты пережил Ассирии осады,
Персидских шахов, Вавилонский плен.
Ты от своих врагов не знал пощады.
Ты видел многих у священных стен.

Ты видел горе - кровь текла ручьями
По улицам извилистым твоим.
Ты бился насмерть днями и ночами
Мой храбрый город Иерусалим.

Народа сердце и его основа,
Когда тебя распял жестокий Рим,
Ты поднимался и сражался снова
Мой гордый город Иерусалим.

Под халифатским и османским игом,
Когда весь мир казался обнажим,
На перекрёстке судеб и религий,
Ты сохранился Иерусалим.

Перелистав истории страницы,
Когда рассеялся победной битвы дым,
Ты снова стал еврейскою столицей
Мой главный город Иерусалим.

Твои «друзья» с «миролюбивой» миной,
Известные предательством своим,
Тебе готовят вновь судьбу Берлина
Мой мирный город Иерусалим.

Погрязшие во лжи и нефти люди,
Без совести, без чести, без стыда,
Они ведь знают - этого не будет.
Бог не допустит это никогда.

Под солнцем в белокаменных одеждах
Стоишь велик, един и неделим,
Как символ веры, мужества, надежды,
Мой вечный город Иерусалим.

Иерусалим

Лера Мурашова

На губах остатки шоколада...
Солнце раскалило добела
розовые камни колоннады,
рвущиеся в небо купола.

С головою никакого слада,
кажется, что век я здесь жила.
Старый город, большего не надо
счастья, чем сгореть с тобой дотла.

Словно детское воспоминанье,
оживает древнее преданье
и тотчас становится - своим.

Как бы далеко я ни умчалась,
навсегда душа с тобой осталась,
сердце мира - Иерусалим!

В ожидании Мессии

Лидия Слуцкая

Мы с каждым веком ближе
Не к свету, а ко мгле,
И всё труднее выжить
На крошечной земле.

А в Иерусалиме,
У Царских у ворот,
Всегда пасётся ослик,
Спасителя он ждёт.

Он идеально белый,
Как снег и облака,
А что стоит без дела,
То это лишь пока.

Что с миром дальше будет,
Никто не разберёт.
Но главное, что ослик
Пасётся у ворот.

Зима в Иерусалиме

Лидия Слуцкая

Простоволосая простушка
Иерусалимская Зима -
Ни мантий
c пуховой опушкой,
Ни блёстких перстней,
а сама -
Пусть незаметна -
не задушит
В объятиях морозным днем, -
Промчится
и растопит душу
Воспоминаньем о былом...

Иерусалимский пейзаж

Лидия Слуцкая

За окнами горы -
Гора за горой,
И, кажется, смоет нас
Горной волной.

За окнами шторм
Уже тысячи лет
И даже когда
Ветра, кажется, нет.

Меж волн этих горных -
Дома-корабли,
Веками стремятся
Доплыть до земли.

Иерусалим

Семён Эдельман

Мечети, небо, Иерусалим,
Славянский храм и стены крепостные,
Людьми и Богом город сей храним,
В истории записан роковые.

Видавший много на своём веку,
Князей, царей, изгнанников и судей.
И реки жизней сквозь него текут,
Как крик проклятья, вечного, Иуде.

Для странников по-своему красив,
Замотан в вечный переплёт интриги,
Звезда востока, строг и горделив,
Святой, почти для каждой из религий.

Возвышен над страною и землёй,
Стоит он мудрый, смелый и нетленный,
И мал, и в тот же миг большой,
Такой серьёзный и такой смеренный.

Он смог пройти все происки врагов,
Победный клич и горечь поражений,
И по сей день, как прежде он готов,
К чреде потерь и мировых свершений.

Будь вечно молод Иерусалим,
Как память, как наследство поколений,
Всем миром мы тебя благословим,
Перед тобой вставая на колени!

Неиспепелим Иерусалим

Татьяна Нова

Белая зола,
камень - не земля,
все обличья зла
знала. Чья взяла?
Там, жестоко мстя,
прямо по костям
многие прошли -
рушили и жгли
стены... Но жива
память на слова,
вера, что в сердцах
вытеснила страх!
Неиспепелим
Иерусалим -
вечен, ибо там
был воздвигнут
Храм!

Минуя данности и даты

Трежюли

Минуя данности и даты
Горды величием твоим .
В завет уверовавши свято,
У врат безмолвенно стоим.

Подспудно гнавший нас в дорогу ,
Событий ход неумолим .
Войдя в тебя, взываем к Богу ,
Священный наш Иерусалим!

Чтоб к колыбели трёх религий
Людской поток не перестал,
(смешавший касты, секты, лиги )
Спешить припасть к твоим устам .

Вложив , как в ножны , в стену Плача,
Где нас услышит Элоим,
Запрос...покорно ждём удачи ,
Покаявшись, Иерусалим!

В пылу раздоров и вершений
Бываешь ясен ты и хмур.
Привёл закон о возвращении
В оплот народов и культур.

Чтоб стать свою являя миру ,
Ты оставался неделим,
Воспетый в лирике, и лирой,
Наш золотой Иерусалим!!!

иерусалим

Павла Никольская

Вечный город Иерусалим,
Плач над войнами и дарами,
Усыхает, поток Кедрон,
Жаждет с жертвенными горами.

У святилищ земля ничья,
До кровавого пота молитва,
И не слышно журчанья ручья,
Когда небо бывает открыто.

Гефсимания - означает тиски,
Отжимающие оливы.
Если мы их, скорбя, пройдём,
То останемся вечно живы.

Иерусалим

Учаров Эдуард Раимович

По горной царственной дороге
Вхожу в родной Иерусалим
И на святом его пороге
Стою смущен и недвижим.
                                С. Маршак

По горной царственной дороге
вхожу в родной Иерусалим:
и длинен час, и ноги долги,
и смертен именем твоим,

но помню, как грозой Давида
неумолимая праща,
врага коварного завидя,
учила мёртвого прощать,

потом секла звездой лежачей,
когда над храмовой горой,
стеной стояла, хоть и плача,
молитва матери с сестрой.

Солёный ветр, песчаный отблеск,
где солнца диск в три сотни Ра,
и это жизнь, и это доблесть -
за холм отцовский умирать…
 
Иерусалим

Филатова Наталия Олеговна

Как в львиный зев вхожу в ворота Львов.
И поглощает улица востока.
здесь камни говорят, не зная слов,
что их телам без сводов одиноко!

Я сысленно пройду весь Скорбный Путь.
Остановлюсь, где вечно плачет ветер.
Смогу в церковный дворик заглянуть,
с горы Олив спустится на рассвете.

Смогу во сне дотронуться рукой
до башен освещенной Цитадели.
И день услышать и ночной покой.
И сном владеть, как городом владети!

В старом Иерусалиме

Юрий Краснокутский 2

Здесь храм построил Соломон,
Давида славного наследник,
Но всё разрушил Вавилон,
И этот случай не последний.

Опустошён Иерусалим,
Ковчег Завета был утерян.
Ведь враг всегда неумолим,
Но иногда - страшнее зверя.

А позже римский легион
В руины превратил весь город.
Веспасиана был закон:
Убрать и Храмовую гору.

Прошли века, менялась власть:
Арабы, персы, крестоносцы,
Хоть кровь по-прежнему лилась,
Всё также поднималось солнце.

Был император Константин,
Он с матерью своей Еленой,
Тогда язычников простил,
А христиан вернул из плена.

И Сулейман – халиф, султан,
Иерусалиму сделал много.
Для трёх религий мир создал,
С молитвой для любого бога.

Вот с этих пор стоит стена,
Что окружает Старый город.
Она ни кем не снесена
Да и снесут теперь не скоро.

Стоит старинный Божий храм
Среди базилик и мечетей.
Здесь по утрам и вечерам
Паломники, а с ними дети.

В священный город христиан,
И мусульман, и иудеев.
Спешит народ из разных стран,
С одною скромною идеей.

К местам священным, дорогим
С благоговеньем прикасаться.
Скрывая гулкие шаги
Здесь до полуночи остаться.

И я тут был! Благодарю
Удачу вместе с провиденьем!
Вояж, возможно, повторю,
Уже с особым наслажденьем.

Городу Иерусалиму

Юрий Краснокутский 2

Вечный город… но всё же не Рим,
Так пришло и ко мне откровенье.
У меня этот город внутри,
Я его вспоминаю творенья.

Он особый, совсем не такой,
Как другие места и столицы.
Открываю всё новой строкой
Все проспекты, как будто страницы.

В белом камне блистают дома,
Не торчат в долгих пробках машины.
Здесь почти незаметна зима,
Лишь дождём омываются шины.

Этот город – восточный мудрец,
Колыбель трёх великих религий.
Он паломник, банкир, продавец,
Предлагает мне русские книги.

Ортодокс с вечной Торой в руках,
Стену плача найдёт, это видно,
Там звучит заунывно строка
Из Псалма от пророка Давида.

В Старый город дороги ведут,
К христианской великой святыне.
Весь восточный базар я пройду,
Только в сердце огонь не остынет.

Поднимусь по ступеням крутым,
И притронусь к священной Голгофе.
Поднимается ладанный дым,
Ощущаю его в каждом вздохе.

От лампады затеплю свечу,
Постою в православном притворе,
Но отсюда уйти не хочу,
Здесь людское колышется море.

И от храма - к горе Элеон,
Иисус здесь молился о чаше.
Вот отсюда он был вознесён,
Став навеки Спасителем нашим.

Посвящение Иерусалиму

Юрий Краснокутский 2

Он на семи холмах стоит
И современный, и старинный.
Так много тайн в себе хранит
На улочках кривых и длинных.

Здесь улиц трассы все в огнях,
Они манят к себе меня.
Смотрю, любуясь с высоты,
Из молчаливой темноты.

Бегут террасами дома
К вершине старого холма,
Но город главное хранит,
Чем нас и тянет, как магнит.

Паломники из дальних стран
Для колыбели христиан
Несут свои сердца и души,
Такое просто не разрушишь.

И православный, и католик,
Идут сюда по доброй воле.
Ведь сокровенная молитва
Слезою горестной омыта.

Здесь место каждое святое,
Где древний храм в своём покое.
И смотрит сумрачно, но гордо,
Когда идут туристов орды.

Здесь и Давид, и Соломон
Для города создали много.
Пусть нерушима связь времён,
Где верят в истинного Бога.

Холмы Иерусалима

Юрий Краснокутский 2

От наших глаз неотдалима
холмистость Иерусалима
и огнедышащая синь…
Борис Чичибабин
Моё перо неумолимо
И заставляет написать,
Про все холмы Иерусалима
И чем там дышат небеса.

Холмы ведь всё-таки не горы,
Как в городах, их ровно семь.
Здесь чтут и Библию, и Тору,
И для Корана нет проблем.

На Храмовой горе святыни,
Где раньше строил Соломон
Свой Первый храм, что стал отныне
Чудесной силой наделён.

И где теперь Ковчег Завета,
Про то не ведает народ.
Дневного он не знает света,
И, Третий храм поныне ждёт.

На Элеонской – колокольня,
Зовётся «русская свеча».
Здесь все паломники довольны,
На лицах – радости печать.

Вся эта строгая обитель
Есть Вознесенский монастырь.
Его создатель и хранитель
Когда-то здесь читал псалтырь.

Архимандрит, в миру Капустин,
Двенадцать лет всё строил храм.
Его приют и тих, и грустен,
Молчит священная гора.

Многострадальный и великий
Сей древний город всех манит.
Разноязычный, разноликий,
Свои он таинства хранит.

У колыбели трёх религий:
Там христианство и ислам,
Вполне соседствуют с другими,
Жаль, хлеб не делят пополам…

**********************************************************

Гефсиманский сад

Ольга Дубинянская

В этом древнем саду нас встречают оливы,
Чьи стволы изморщинены ветром времен,
Молчаливы свидетели слабости, силы
Человека и Бога. Серебром хрупких крон
Повествуют деревья о подвиге Духа,
Безответном и страстном моленье в ночи.
Знойный шепот беззвучно касается слуха,
Глаз - зеленое пламя могучей свечи.

В этом древнем саду - Идеала величье,
След победы духовной над немощью. Здесь
Отступают неверье, цинизм и двуличье,
И в душе возрождаются совесть и честь.
Все порой пребывали в чудовищной чаще:
В тупике и отчаянье - выхода нет.
Помогал избегать этой горестной чаши
Гефсиманской молитвы немеркнущий свет...

Кувуклия

Василий Росов

Кувуклия - небольшая часовня в храме Гроба Господня в Иерусалиме.

Кувуклия. Покой и воля.
Огонь, спадающий с высот.
Несчастных счастье, боль и доля,
Юдоли краткой сладкий пот.

Не жжёт печаль, ослабло горе,
Ушли грехи, обиды, спесь…
Лишь веры крепкой мёд во взоре,
И Человек прозрачен весь.

Крест - не орудье наказанья,
Он - светоч, знак небес любви,
Отныне талисман дерзанья,
Основа благостной крови.

Придём сюда. Под руку Бога.
Очистим дух, всего себя…
Отсюда светлая дорога
В весну обличьем января.


Стена Плача

Валерий Недюдин

В мечтах у каждого, кто верит,
А у еврея, знать, тем паче
Есть долгожданная идея -
Чтоб постоять у Стены Плача.

Меж плит записочку оставить,
Желанье Богу загадав,
С слезой Всевышнего прославить,
У стен священных постояв!

И ощутить себя частицей
Его космической любви,
Чтоб дух божественной столицы
Затем по жизни пронести.

И я стоял у стен священных,
Благословения ища,
Меж плит оставив этих древних
Записку с просьбой для себя.

Мечту заветную исполнив,
Покой душевный обретя,
И облик навсегда запомнив
Стены, что плач стоит храня!

Стена плача

Григорий Крылов

В шершавой ясности предела -
Разбег молящимся рукам.
Здесь много лет стоит без дела
Не позабытый Богом Храм.

Его воздушные колонны
В небесный Верх устремлены.
И дремлют тайны и пилоны
В плену у римской стороны.

Здесь вороны встречают зиму,
И свыше предрешен закат.
И здесь навечно исполины
Стеной молитвенно стоят.

И каждый камень, как желанье
И исполнение его.
И все молитвы - покаянье
И человека естество.

Стена Плача

Ольга Дубинянская

Тому, кто не плакал у этой Стены,
Всемирную скорбь не объять,
Ему не услышать беззвучной волны
Стенаний, несущихся вспять.

Тому, кто заплакал у этой Стены,
Откроется вечный портал:
Все муки народа, всё бремя страны,
Страданий вселенский обвал.
И чашей всех бед обернётся Душа,
Сожженная в топке огня,
С последней надеждой, уже не дыша:
"Зачем Ты покинул меня?"

И плач твой вольётся в лавинный поток,
И ливневый грохот дождя
Услышит когда-то безгрешный наш Бог,
Помилует грешных, скорбя...


Стена Плача

Фрида Полак

Есть место в Иерусалиме -
На вид - обычная стена,
Но вслушайся в её ты имя:
И впрямь особая она!

Её зовут Стеною Плача.
Тысячелетьями она
Стоит твердыней - это значит,
Что святость в ней заключена.

Я низко голову склоняю,
И сердце бьётся всё сильней,
Невольный трепет ощущаю,
Смиренно приближаясь к ней.

Святыню тёплую целую,
И с Небом ощущаю связь.
Реальный мир не существует -
Я от земли оторвалась!

Рукой лишь стоит прикоснуться -
Как будто молния сверкнёт.
Здесь - не из глаз - из сердца льются
Те слёзы, что пролил народ.

Врата небесные раскрылись -
Ты пред Создателем стоишь,
А за спиной раскрылись крылья:
Очисти душу - и взлетишь!

Стена, избитая ветрами,
Песками и дождями гроз,
Стоит, не сломлена веками, -
Народный символ бед и слёз!

Не зря со всей планеты люди
К Стене стремятся подойти
С мечтою о великом Чуде,
Что здесь должно произойти.

Уж если в мире есть преданье,
То небеспочвенно оно:
Здесь самым искренним желаньям
Осуществиться суждено.

И если бы - предполагаю -
Легенда древняя лгала,
То ни одна душа живая
Сюда бы больше не пришла!

…Всего одна стена осталась,
Как символ вечности Небес,
От некогда святого Храма,
Царём воздвигнутого здесь.

Он был невиданным твореньем,
Пристанищем Небесных Сил
И даже после разрушенья
В забвенном пепле не почил.

Стоит всемирная святыня
Уж более двух тысяч лет.
Она хранит народ поныне
От гибели, от страшных бед...

У Стены плача

Юрий Краснокутский 2

Стена у Храмовой горы
Вблизи Еврейского квартала.
Да, слёз здесь пролито немало
С той незапамятной поры.

Она мала и велика,
Как Иудейская пустыня.
Стоит еврейская святыня
Тысячелетья и века.

Здесь храм построил Соломон,
А храм Второй - Великий Ирод,
Но с помощью того же Кира.
Так и вершится связь времён.

Стоит священная Стена,
Но здесь не только ортодоксы,
От всех религий ходят гости,
В записках пишут имена.

Наступит в пятницу шаббат,
Зажгут торжественно менору.
Придут к Стене, читая Тору,
Раввин, рабочий и солдат.

*Соломон - еврейский царь, построивший Первый Иерусалимский храм
**Кир Великий – персидский царь, разрешивший восстановление Второго Иерусалимского храма
***Менора - еврейский семисвечник

У Стены Плача

Яков Шапиро

Внимаю голосу молитвы.
Горячий воздух недвижИм.
Меня так ждали эти плиты,
Пока я где-то был чужим,
И, зову древнему внимая,
Из плена вырваться спеша,
Сюда, где речь шумит родная,
Мой путь направила Душа.
Здесь, у Стены, чьи камни прячут
Такую неземную боль,
Я, как рожденный вновь, заплачу
И стану, наконец, собой.

В храме Гроба Господня

Юрий Краснокутский 2

Я в храме молился старинном,
В далёкой и древней стране.
Панно, как большая картина,
И нынче всё видится мне.

Горят там большие лампады
Над Камнем, где умер Христос.
Я встал на колени и падал,
Как будто руками прирос.

Читал ли молитву о Боге,
Но только здоровья просил
Для близких, родных и убогих,
Надеюсь, Господь мне простил.

Всё больше росло напряженье …
Склонился у Гроба Христа,
Молчало моё окруженье,
Задача совсем не проста.

Хотелось сказать только слово
Среди гробовой тишины.
В тот миг были мы не готовы,
И дара того лишены.

Пылали огромные свечи,
Огонь благодатный горел.
От этой невиданной встречи
Я будто впервые прозрел.

Комментариев нет:

Отправить комментарий